TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Чат Научный форум
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Мир собирается объявить бесполётную зону в нашей Vselennoy! | Президенту Путину о создании Института Истории Русского Народа. |Нас посетило 40 млн. человек | Чем занимались русские 4000 лет назад? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?


Проголосуйте
за это произведение

 Сценарий
25 июня 2024 года

Михаил Стародуб

ЛЕТУЧИЕ "ПОКУПАЛОЧКИ"

литературный сценарий

Действующие лица:

детектив ИВАН

детектив (кошачьей породы) МИТРОФАН

ДИРЕКТОР БАНКА

ГРАФИНЯ

компаньонка графини (кошачьей породы) КОРА

изобретатель УЧ

 

 

1.    КОМНАТА ИВАНА И МИТРОФАНА. УТРО.

 

Перед распахнутым окном – два стула и журнальный столик с шахматной доской. На спинке первого стула табличка с надписью печатными буквами – "ИВАН". Здесь мы видим Ивана, который сидит, раздумывая над очередным ходом. На спинке второго – табличка "МИТРОФАН". Стул свободен.

  ИВАН (наконец, решившись):

– Пешка "d- ","d-1". (Передвигает фигуру) "d- ","d-1"! – кричит он в раскрытое окно.

– Любопытно... – доносится с улицы, откуда-то сверху, почти из-под небес, голос МИТРОФАНА.

На крутой и острой крыше дома – остроумное и простое приспособление (аналог гамака), в котором устроился МИТРОФАН (прищуренные глаза, расслабленная поза). В левой руке – высокий, тонкого стекла стакан (ярко–красного цвета жидкость). В правой – соломинка. МИТРОФАН подносит соломинку ко рту, с удовольствием исполняя мыльный пузырь – в две человеческой головы, в котором отражается гипертрофированный мир: улица, небо и часть крыши, забавная физиономия самого МИТРОФАНА.

МИТРОФАН (про мыльный пузырь, отпущенный в воздух, но не желающий улетать, зависший на расстоянии вытянутой руки, перед глазами):

– Любопытно... Конь "a-5","c-6"! – небрежно объявляет он.

Пузырь с треском лопается, рассыпаясь на бесчисленные пузырики. ИВАН бросается к журнальному столику, дублируя ход, переставляет коня, чешет голову. Лицо его явно озадаченно.

– Шах! – слышится из-за окна, – И, похоже, мат.

 

(Шахматная партия ИВАН – МИТРОФАН:

 

белые (Митрофан) – король "b-6", конь "a-5", пешка"b-7".

черные (Иван) – король"b-8", пешка "d- ".

 

черные (Иван) – пешка"b-7","d-1" (пешка выходит в ферзи).

Митрофан (белые) – Конь"a-5","c-6" (шах и мат),

 

выигрывают белые)

 

– Нет! – возмущается ИВАН, отмахиваясь от пузыриков, на каждом из которых, вполне самостоятельно строит рожицы, ехидничая, МИТРОФАН. – Нет! – возражает он, срывая досаду на пузыриках, пытаясь поймать хоть один из них, но, увы, летучие шарики ловко увертываются, а бесчисленные "двойники" МИТРОФАНА веселятся, каждый – на свой лад.

– Глупо играть с котом в шахматы, – рассуждает карикатурный дубль МИТРОФАНА с единого, вновь образовавшегося (под взмахами рук ИВАНА) пузыря, величиной в две человеческих головы. – В играх – хвостатым нет равных... – пузырь зависает в пространстве окна, но – на улице (не дотянешься!). – Природный талант – непобедим.

– Поздравляю, маэстро! –  мучается ИВАН и, сообразив, швыряет в пузырь шахматной фигурой.

– Чепуха, – вещает мыльная копия МИТРОФАНА, сдвинувшись ровно настолько, чтобы остаться невредимой. – В первый раз, что ли? 

Неожиданный порыв ветра подхватывает пузырь, камера отъезжает, мы видим, как сопротивляется радужный мячик, пытаясь маневрировать в воздушных потоках. На фоне ясного неба, мирных крыш и части улицы, откуда-то из угла кадра стремительно приближается смерч. Круговерть, кажется, одинаковых листочков с изрядным шумом проносится мимо, зацепив стену дома и тряхнув его так, что МИТРОФАНА закрутило в гамаке, а ИВАН (на беду высунувшийся из окна) получил в лицо порцию мыльного раствора.

– Невероятно! – ворочается в сетке гамака "плененный" МИТРОФАН, пытаясь освободиться.  – Смерч при ясной погоде? – и погода, в подтверждение, ясная. Круговерти будто и не было.

– Возмутительно! – соглашается ИВАН, в свою очередь, борясь с мыльной пеной. – Не может быть! 

 

2. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА БАНКА.

 

Просторный и пустой стол. В кресле – ДИРЕКТОР, потрясенный до глубины души, уставился на крышку этого своего стола и, кажется, не верит глазам. Чуть слева – перед столом, – графиня БОНИГУЛЬ в изящном креслице (на подлокотнике – ручка сложенного зонта). Лицо ее озадачено (вздернутые брови, приоткрытый ротик).

ДИРЕКТОР:

Не может быть! – резво выскочив из кресла, он бежит к открытому окну (с раздернутыми красными шторами), прыгает на подоконник, оглядывая небеса и улицу.

– Браво, господин директор! – снисходительно хлопает в ладоши ГРАФИНЯ. – Вы – замечательный фокусник.

– О! – отвечает ДИРЕКТОР и, спрыгнув с подоконника, начинает метаться по кабинету, заламывая руки, пыхтя, дергая себя за волосы и уши. Камера сопровождает, потом демонстрирует растрепанного и гневного директора на фоне стены, как раз под собственным портретом (важная физиономия, безупречный костюм, бабочка) в тяжелой золоченой раме.

– Да вы, оказывается, еще и клоун! – морщась, аплодирует ГРАФИНЯ.

– О!!! – стонет ДИРЕКТОР, пиная ногой стену. Разумеется, портрет рушится ему на голову.  – Какая наглость! – возмущается ДИРЕКТОР, уничтожая собственное изображение.

ГРАФИНЯ зевает, прикрыв рот ладошкой.

ДИРЕКТОР бросается к сейфу, встроенному в стену за личным креслом, яростно крутит слева направо колесо кодового замка и, – справа налево – второе колесо. Со страшным скрипом открывается тяжеленная крышка (мы видим аккуратные стопы купюр) и, выхватив изрядную пачку денег (сейф, скрипя, закрывается сам собой), укладывает ее на стол. Какое-то время деньги лежат в центре стола (под пристальным и отчаянным взглядом ДИРЕКТОРА и любопытным ГРАФИНИ). Потом верхняя купюра (с изображением Его Величества Короля – на коне, с огромной ромашкой в руке, что символизирует мир и спокойствие в государстве) взлетает в воздух, увлекая за собой нижележащие. Денежная лента повисает над столом, дрожит, будто выбирая направление.

– Нет! – кричит ДИРЕКТОР, в отчаянном прыжке пытаясь остановить, ухватить хотя бы часть этой ленты. – Дорогие мои! Вернитесь! – скачет он по кабинету за стайкой денег, догоняя и теряя ее, а стайка, ловко увернувшись, исполнив заключительный изящный полукруг, вылетает в окно. – Улетучились! – рыдает ДИРЕКТОР, неудачно закончивший погоню на коленях у ГРАФИНИ.

– Что вы себе позволяете?! – возмущается ГРАФИНЯ, небрежным движением сбрасывая ДИРЕКТОРА на пол.

– Такие новенькие, хрустящие купюрочки. "Покупалочки" мои! – вытирает слезы собственным галстуком ДИРЕКТОР. – Улетучились.

– Да, улетучились, – соглашается ГРАФИНЯ. – Но такой фокус вы уже исполняли дважды. Я пришла в банк, чтобы получить деньги с личного вклада, а не в цирк с банальными трюками, – напоминает она, поправляя прическу и части туалета. –Придумайте что-нибудь новенькое, становится скучно.

– Какой там фокус! – мучается ошалевший ДИРЕКТОР, пытаясь вытянутой правой рукой поднять сам себя с пола за язык галстука (известным способом Мюнхгаузена). Узел галстука затягивается, ДИРЕКТОР таращит глаза, задыхается. – Это...– хрипит он, – Это... 

 

3. КРЫША МНОГОЭТАЖНОГО ДОМА (как раз напротив банка).

 

Панорама окружающих домов: крыши разнообразных форм и размеров (цветной черепицы, железные).

Это… большой успех моей "изобретательской науки"! – потирая руки, радуется УЧ, который, конечно, не может слышать директора, но невероятным образом поясняет ситуацию. С помощью специальной рамы он устанавливает на крыше картину (в человеческий рост), изображающую аиста, стоящего в гнезде на одной ноге. На месте отсутствующей головы – отверстие (по типу приспособлений для фотомонтажа). – Высший класс! – доволен изобретатель, просовывая голову и руки (в две дыры) поверх крыльев аиста. – Опять! Снова! – восхищается он, скрестив руки по балетному, наблюдая за денежной лентой, которая мотается по улицам, исполняя фигуры высшего пилотажа, складываясь в смерч, рассыпаясь, определенно приближается к дому с "аистом".

 

 

 

4. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА БАНКА.

 

Опять! Снова! – в отчаянии восклицает ДИРЕКТОР, стоящий у окна, растрепанный до последних пределов. – Улетучились покупалочки.

– Это ограбление, – хмурится ГРАФИНЯ. – Кора! – зовет она, вставая из кресла.

Входит КОРА, очаровательная компаньонка графини.

– Мадам? – мелодично произносит она, с кокетливым прищуром оглядывая директора банка.

ДИРЕКТОР судорожно пытается привести себя в порядок, но, увы, выглядит почти абсурдно, хотя, казалось бы, – дальше некуда. Руки подводят, пуговицы застегиваются не там. Это приводит его в бешенство, он яростно рвет пуговицы "с мясом", не менее яростно поплевывая в ладонь, пытается пригладить волосы, которые встают дыбом. Кажется, ДИРЕКТОР на грани безумия. Может быть, он рычит или поскуливает.

Нам необходима помощь, – объявляет ГРАФИНЯ.

– Понимаю! – отвечает КОРА, с ужасом отступая подальше от ДИРЕКТОРА. – Ах! 

– О! – мучается несчастный, срывает красную штору и, отчаявшись привести себя в порядок другим способом, накрывается с головой, застывает бесформенным комом.

– Пожалуйста, – невозмутимо продолжает ГРАФИНЯ, –   пригласите сюда наших знаменитых детективов: Ивана и... извините, каждый раз забываю имя вашего усатого поклонника. Мудро... Макро...

– Митрофана! – краснеет и, похоже, всерьез обижается КОРА.

– Да-да "Макрофала", – важно кивает ГРАФИНЯ, довольная смущением компаньонки. – Произошло ограбление.

– Нет! Только не ограбление! – сбросив штору, являет себя ДИРЕКТОР банка, подбегая к окну. –   Может быть, купюрочки полетают-полетают и вернутся? 

 

5. КРЫША МНОГОЭТАЖНОГО ДОМА.

 

Не вернутся! – злорадствует УЧ, выбираясь из картины с аистом. Воровски оглянувшись, уходит за нее. Камера следует за УЧЕМ. За картиной установлен потрясающе нелепый прибор (в половину человеческого роста). Вращаются шестеренки и колесики, подрагивают стрелки, мигают лампы и лампочки, в сплетении проводов, определенно, заметны стеклянные колбы с кипящей жидкостью – зеленой и желтой (похожие на глаза). Вершиной (в прямом и переносном смысле) этого устройства является граммофонная труба, раструб которой направлен в сторону здания банка (но выше рамы маскирующей картины с аистом). – Денежный магнит... – бормочет УЧ с масленкой в руках, храбро внедряясь в самую сердцевину нелепого нагромождения. И аппарат откликается вполне осмысленными "бульками", "трень-бреньками", скрипами и щелчками. Ему явно нравятся машинное масло и отеческие хлопоты конструктора. – Изобретение века! – орудует гаечным ключом УЧ.

– Угу... – соглашается ПРИБОР, сыто урча.

Стайка денег повисает в воздухе над рамой картины, замерев, трепещет. ПРИБОР скулит и подрагивает от предвкушения. "Стайка", описав полукруг, исчезает в граммофонной трубе. ПРИБОР урчит от удовольствия, может быть, даже чавкает, слегка расширяясь в объеме.

– Теперь я богатый человек, – радуется УЧ, поглаживая детище. – Радость моя ненасытная! Обжорочка, – воркует он с неподдельной нежностью. – Не торопись, пузатенький, подавишься, – суетится УЧ с отверткой в руках. – Ты у нас, оказывается, проглотик. Хорошо сработано! – восклицает изобретатель, любуясь (как следует "родителю", не желающему видеть недостатки) нелепым и даже, может быть, зловещим устройством.

 

 

6. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА БАНКА.

 

Да уж, сработано хорошо, нечего сказать, – объявляет ИВАН, который уже начал расследование: с криминалисткой лупой в руках изучает крышку стола.

За действиями ИВАНА наблюдают – ГРАФИНЯ (удобно, как в театре, сидящая в кресле), КОРА (стоящая за спинкой этого кресла), ДИРЕКТОР (сидящий на холмике из обломков портрета, запеленатый в красную штору на древнеримский манер).

– Это не дело рук Громилы и его сообщников, – со знанием дела определяет ИВАН.

– Заезжие грабители здесь тоже не участвовали, – лениво сообщает МИТРОФАН, который изучает (варианты: фотографирует, производит измерения портновским "сантиметром", циркулем, веревочкой или чем угодно неподходящим, нюхает плоскость подоконника) окно.

Затем оба детектива с самым серьезным видом направляются к директору и начинают исследовать его. При этом ИВАН рассматривает "объект" в лупу (в кадре огромный нос, узкие губы, испуганный, моргающий глаз), а МИТРОФАН, вооружившись врачебным стетоскопом, заходит со спины и вслушивается в дыхание ДИРЕКТОРА (гротесковая фонограмма хриплых вдохов и выдохов, стук сердца явно взволнованного человека).

МИТРОФАН:

– Не дышите! (тишина, стук сердца). – Спали сегодня хорошо? – строго спрашивает МИТРОФАН, закончив осмотр, повесив стетоскоп, по врачебному, на грудь.

– Замечательно, – отвечает ДИРЕКТОР.

– Жаль... – вздыхает МИТРОФАН и, отойдя несколько в сторону, торжественно оглашает "диагноз" сыщика. – Пострадавший – скорее жив, чем мертв!

ГРАФИНЯ и КОРА аплодируют. Однако, ИВАН определенно не уверен, что диагноз поставлен правильно.

– Откройте рот и скажите "а-а-а!"

– Зачем? – удивляется ДИРЕКТОР, открывая рот.

– Вдруг это поможет следствию? – чешет голову ИВАН.

– О-о-о! – стонет ДИРЕКТОР.

– А-а-а... – терпеливо напоминает ИВАН.

– О-о-о! – мучается несчастный. – О-о-о!

В свою очередь, не спеша, отойдя в сторону, ИВАН сообщает окружающим:

– Пострадавший – скорее мертв, чем жив.

ГРАФИНЯ и КОРА с носовыми платками. Искренние слезы КОРЫ. Сухие, даже полные колючего удовольствия глаза ГРАФИНИ.

– Мы никогда вас не забудем, господин директор, – зевая в ладошку, говорит ГРАФИНЯ. – Какое несчастье.

– Да, – соглашается ДИРЕКТОР, ложась на пол и скрещивая руки на груди, закрывает глаза. – Но ваш денежный вклад, графиня. Сколько Ваших денег я так и не успел отдать. Это утешает... – сладко улыбается он с закрытыми глазами. – То есть, я хотел сказать, что это возмутительно! – спохватывается ДИРЕКТОР, приподнимаясь и, в свою очередь, громко сморкается в носовой платок, возвращаясь в "лежачее положение".

– Не смейте умирать! – возмущается ГРАФИНЯ и, прихватив с подлокотника зонтик, резво подскакивает к директору, колет острием лежащего. –   Я не позволю!

– Щекотно! – ежится ДИРЕКТОР. – Вы меня отвлекаете, – капризно объявляет он, накрывается шторой (как одеялом) с головой, успевает сказать. – Мертв, так мертв, просьба не беспокоить... – и, кажется, хихикает там, под шторой.

ГРАФИНЯ в ярости.

– Ну-ка, голубчики... – обращается она к детективам, – придумайте что-нибудь.

ИВАН думает, почесывая голову. МИТРОФАН – поглаживая усы.

– Придумал! – решает МИТРОФАН.

Общее внимание. МИТРОФАН подходит и, обняв за талию, целует КОРУ.

– Нет, – деловито сообщает ГРАФИНЯ. – Такой вариант заведет расследование в тупик.

– Ну, почему же? – удивляется КОРА. – Какое захватывающее начало, – опустив глаза, шепчет она.

– Следственный эксперимент! – в руках у ИВАНА бумажная денежка (возможно, слегка потрепанная). Он кладет купюру на стол и, затрепетав, денежка взлетает. Оказавшись у окна, она продолжает полет, направляясь прямехонько...

– Гнездо аиста... – многозначительно замечает МИТРОФАН.

От лени его не осталось и следа: сыщик МИТРОФАН по-кошачьему выгнул спину и, одновременно, умудрился выпятить грудь (став, таким образом, удивительно похожим на символ американского доллара). ИВАН тоже хорош: на кончике его носа (не закрывая глаз) – темные ("суперменские") очки, руки – по-ковбойски, за ремнем. Детективы решительно направляются к выходу (возможна подходящая музыка за кадром, барабанная дробь). Уходящий ИВАН бросает через плечо, – Гнездо аиста!

 

7. КРЫША МНОГОЭТАЖНОГО ДОМА.

 

Аиста, аиста! – гримасничает УЧ в прорези картины. – Высший класс, маскировочка.

Резкий удар. В край крыши впивается крюк веревочной лестницы. Появляются ДЕТЕКТИВЫ, которые позаботились о спецснаряжении: в руках у Ивана огромный сачок, у МИТРОФАНА – лассо (перекинутое через плечо) и удочка (леска натянута, на крючке – прихваченная за спину, извивающаяся лохматая, со злющими глазами и зубастой пастью ГУСЕНИЦА).

МИТРОФАН (пытаясь привлечь внимание аиста):

– Цып-цып-цып! 

ГУСЕНИЦА щелкает зубами, детективы действуют осторожно, и сами изрядно опасаясь лохматой твари. УЧ косит глазом и на гусеницу, которая приближается, раскачиваясь на леске.

– Курлы-курлы! – говорит он, точным щелчком сбивая извивающуюся тварь с крючка (ГУСЕНИЦА падает за барьер крыши). – Спасибо, я уже позавтракал.

– Ты почему здесь, аист? – спрашивает ИВАН.

– А что, нельзя? – обижается "аист". – Крыша занята! – кричит он. – Ходят тут всякие возле чужого гнезда. Мешают высиживать птенцов порядочной птичке! Убирайтесь, пока я не рассердился! – наступает УЧ, передвигаясь вместе с картинкой. – Заклюю насмерть, ох, заклюю!

Детективы временно отступают. ИВАН готовит сачок. В углу кадра, может быть, виден денежный магнит, но сыщики заняты "аистом", который, маневрируя, разворачивает их спиной к прибору.

– Хулиганы! – возмущается УЧ (камера берет его со спины), отступая к краю крыши. Он елозит ногой по кромке, нащупав, наконец, крюк веревочной лестницы.

Между тем, МИТРОФАН раскручивает лассо.

– Уберите своего кота от беззащитной птички! – кричит УЧ, освободив руку, лезет в задний карман, достает хлопушку. (Может быть, надпись "Хлопушка дальнобойная").

"Бах!" – исполняет хлопушка. Летят конфетти в ИВАНА и МИТРОФАНА. Детективы обсыпаны с головы до ног. ИВАН протирает глаза, МИТРОФАН вытряхивает цветные кружочки из ушей, прыгая на одной ноге (так удаляют воду, попавшую в ухо). Потом оба бросаются к веревочной лестнице в погоню за УЧЕМ, который уже на мостовой, отступает спиной, пытаясь пятиться сколь возможно проворней, что, кстати сказать, получается на удивление ловко. Погоня продолжается в зависимости от оставшегося метража, пожеланий режиссера и технических возможностей студии (с массовыми сценами или без таковых, в магазинах, барах или на безлюдной улице).

– Ушел! – (рано или поздно) огорчится ИВАН, с удивлением разглядывая "шкурку" сбежавшего "аиста".

– Чутье мне подсказывает, – говорит МИТРОФАН, – что надо вернуться на крышу.

 

8. УЛИЦА С ВИДОМ НА МНОГОЭТАЖНЫЙ ДОМ И БАНК.

 

Вернуться и поскорее! – бормочет УЧ, спеша по улице. Он растрепан, на шее болтается часть шкурки "аиста" (на манер детского подгузника), но изобретатель этого не замечает, – до того ли? – Пора нам с "магнитиком" сматываться, – делает он справедливый вывод, взбираясь по веревочной лестнице (забытой детективами) на крышу. – Без маскировки нельзя, "аист" – мертв.

 

 

9. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА БАНКА.

 

Мертв, так мертв! – восклицает ДИРЕКТОР банка (имея в виду, разумеется, себя).

В руках у него пачки денег. За спиной – распахнутая настежь дверь сейфа (с прочими денежными запасами). В кадре – ГРАФИНЯ со сложенным зонтиком, которая готовится напасть на ДИРЕКТОРА и КОРА с расправленной красной шторой у правого бедра (в стойке тореадора). Обе – на мгновение замерли, ошеломленные происходящим. С безнадежностью и, даже, азартом "конченного" человека, ДИРЕКТОР бросает пачки денег на стол, – по одной и множеством без счета. Оказавшись на столе, пачки сами собой с треском распечатываются. Верхние купюры взлетают вверх, увлекая за собой прочие. В комнате начинается круговерть. Денежная буря мечется в четырех стенах в поисках выхода. Общие возгласы:

ГРАФИНЯ – Безобразие! Моя прическа!

КОРА – Мяу!

ДИРЕКТОР – Счастливого пути, покупалочки! Штормит, ох, как штормит, господа! 

Круговерть организует несколько смерчей, которые сталкиваются, рассыпаясь и складываясь заново, и, наконец, обнаружив окно, с воем и треском вырываются на улицу.

 

10. КРЫША МНОГОЭТАЖНОГО ДОМА.

 

Штормит? – удивляется УЧ, забравшись, наконец, на крышу, оглядываясь на потемневшее небо. – И дождь собирается?

Огромная денежная лента устремляется к раструбу граммофона.

– Кыш, отсюда! – подбегая к денежному магниту, размахивает руками УЧ, пытаясь остановить хотя бы часть кредиток. – Слишком большая порция!

Между тем, аппарат заглатывает новые и новые деньги. Он на глазах распухает и уже зловеще рычит от возбуждения. УЧ пробует отмахнуться от летучих бумажек, как от мух, шлепать их, как комаров, ловить, как бабочек. На секунду все замирает (стоп кадр): круговерть, аппарат, УЧ.

– Подавился, магнитик денежный, – просто и мужественно сообщает изобретатель, и это действительно так.

Аппарат вздрагивает, начинает дымиться. Дрожь усиливается и обретает ритм. Денежная лента, замеревшая в воздухе, трудными толчками возвращается в обратном направлении, к распахнутому окна банка. (Панорама улицы, мы видим ИВАНА и МИТРОФАНА с удивлением наблюдающих происходящее, стоящих на мостовой, задравши головы). Бумажная круговерть раскручивается (виражи, мертвые петли), впрочем, время от времени замирая, и, дернувшись, продолжает движение.

– Кашляет, магнитик...– комментирует УЧ с материнской болью и сочувствием в голосе. –   Сейчас я тебя постучу по спинке–то, и все пройдет… – УЧ ударяет по крышке, чего делать, определенно, не следовало. Раздается сильнейший взрыв (прибор рассыпается, валит дым, прыгают осколки). – Чихнул, магнитик! – успевает радостно сообщить его создатель, – Какой сюрприз! – кричит УЧ, взлетая над крышами города, вслед за бумажной лентой, прямехонько в окно банка.

 

11. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА БАНКА.

 

Сюрприз! И какой… – оглядывается растерзанный, перепачканный в саже УЧ (на шее болтается шкурка "аиста"), оседлавший аккуратные стопы купюр, сами себя уложившие на директорский стол. – Пролетал, знаете ли, мимо, – объясняет он собравшимся, – дай, думаю, загляну спросить: как здоровье? Не надо ли какую гайку завернуть? Или винтик поправить?

Немая сцена: застывший от удивления и счастья ДИРЕКТОР, ГРАФИНЯ (вздернутые брови, приоткрытый ротик), КОРА с кокетливым (на всякий случай) прищуром, – нарушается ДЕТЕКТИВАМИ, которые врываются в кабинет, чтобы арестовать преступника, определенного в ходе расследования, очевидного всем, даже без такой явной улики, как шкурка "аиста", там, на шее незадачливого изобретателя.

– Вы арестованы! – торжественно и строго объявляет ИВАН и даже жмурится от гордости и счастья.

– Именем закона, – важно добавляет МИТРОФАН (являя в пластике символ американского доллара), чудовищно распушив усы и красуясь перед КОРОЙ.

Однако, УЧ, кажется, не согласен с законом. Спрыгнув со стола, он подбегает к окну (ДЕТЕКТИВЫ тщетно бросаются вслед!) и, оседлав водосточную трубу, перебирается на мостовую.

– А все потому...– вздыхает у окна ИВАН, оправдываясь в неожиданном конфузе, – Что не случилось сегодня попить с баранками чайку горячего. Задора нам не хватило. Пыла и жара.

– Да уж, – соглашается МИТРОФАН, наблюдая из окна, как улепетывает УЧ, – Без чая нет вдохновения. Верная примета. 

 





Проголосуйте
за это произведение

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100